Людочка

Капитан Уварова, служившая в детской комнате милиции Черёмушкинского района, остановилась перед подъездом дряхлой девятиэтажки. Дом смотрелся мрачно. Уварова вздохнула. Под конец рабочего дня дико не хотелось тащиться к родителям восьмиклассницы Людочки, но "наша служба и опасна и трудна....". Уварова была честным и добросовестным служакой.

Подойдя к засиженной старухами лавочке, капитан поставила милицейскую ногу на вытертое пожилыми задницами дерево и шлёпнула на колено планшет. Из кармашка форменного кителя она достала упругий пакетик и не спеша развязала узелок. Затем, не дыша, высыпала немножко белого порошка на плоскую поверхность планшета.

Достав сторублёвую купюру, Уварова ловко свернула трубочку, привычно вставила один конец в ноздрю, нагнулась и аккуратно запылесосила крошечную горку. Неприглядный октябрьский вечер стал уютней.

Старухи на скамейке завозились. Старшая из них, Ангелина, вытащила расшитый бисером кисет. Остальные потянули к ней сложенные щепотью морщинистые пальцы. Все знали, что у Ангелины всегда самый убойный план. Афганский.

- А ну отлезьте, - беззлобно рявкнула Ангелина, а капитан Уварова засмеялась и ещё сыпанула на планшет из своего мешочка. Старухи завистливо поглядывали на капитана, но скромно не просили угощения: знали, что Уварова никогда не поделится. Жадная.

Пожилые тёткозавры запыхали уродливо свёрнутыми "козьими ножками". Поплыл характерный тяжёлый дух. Уварова втянула вторую порцию. Пошмыгала носом. Подождала.

- Ладно, бабоньки, пошла я... Служба, - протянула она и взялась за ручку грязно бурой двери подъезда.
- А ты нонче к кому? Витька опять бузит или Беслан из четырёхсотой? - равнодушно спросила одна из бабок.
- Да нет... Люда у вас тут живёт. Новорябова.
- А, так это из 422-ой, - отозвалась другая бабка, - а чо с ней? Вроде и семья приличная... И Людочка приятная такая....

Последних слов Уварова уже не слышала - зашла в парадное.
В подъезде было светло и сухо.
Ссссуки, процедила про себя Уварова, имея в виду и чистый лифт и непожжённые кнопки. Не иначе как пресловутый Витёк - хулиган и задира районного масштаба, опять вымыл всё парадное и ввинтил побитые лампочки. Ну гадёныш, со злостью сплюнула капитан Уварова. Но сейчас она пришла по другомну поводу, время было позднее и разборки с родителями мерзавца она оставила на следующий раз.

Выйдя на пятом этаже, милиционер Уварова остановилась перед нужной квартирой и прислушалась. Из за двери раздавались разухабистые матерные частушки, перебиваемые басовитыми выкриками мужчины. Тот подпевал магнитофону.

Капитан надавила на кнопочку звонка и не отпускала её пока не открыли дверь. В проёме нарисовалась женищна неопределённого возраста. Ярко размалёванные толстые губы держали сигарету. Травленные перекисью волосы были стянуты в пучок.

- Баран, музыку заглуши, - заорала она в глубь квартиры. Магнитофон последний раз взвигнул нечто разбитное о "милёночке" и стих. Из комнаты показался тощий небритый мужик в майке. На его костлявых плечах раскинули крылья орлы и усмехались русалки. На многих пальцах были вытатуированны перстни.

- А, здра желаю, - мужик покачнулся, - Чо надо....
- Я по поводу вашей дочери, - шмыгнула носом капитан Уварова, - где бы мы могли поговорить?

Мужик икнул, а женщина, поплевав на бычок и бросив его на пол, радушно показала в сторону кухни, - Вы, проходите, проходите....

Трое расположились за кухонным столом, сдвинув в сторону недопитую бутылку виски и зеленоватый плавленный сырок на тарелке с отбитым краем.
- Вы меня извините, тут, - смущённо сказала женщина, - я как-то собиралась, да не успела... Вы говорите, говорите, я вас слушаю... Меня зовут Маргарита Сергеевна....

С этими словами тётка достала из кармана халата старенький очешник и положила перед собой. Открыла. Внутри лежал тоненький шприц, чайная ложка, зажигалка и пара героиновых чеков. Разбодяжив один в чайной ложке, женщина поднесла её к огоньку зажигалки. Когда закипело, Маргарита Сергеевна споро набрала раствор в шприц, в одно движение намотала поясок от халата на руку и с первого раза попала в вену. Чувстовалось, что эта операция ей знакома очень хорошо. Убедившись, что в шприц поступил контроль - кровь из вены, Маргарита Сергеевна надавила на поршень. Глаза её закрылись, а рот наоборот приоткрылся. С уголка алой губы стекла капелька слюны и повисла...

- Вы, продолжайте, она всё слышит, - уточнил муж, достал с полки крошечный пластиковый пузырёк и выдавил каплю прозрачной жидкости себе под язык. - Не побрезгуете? - он знаком предложил капитану Уваровой пузырёк, - Хоть и химия, но хороша... - Он вдруг вздрогнул всем телом.
- Да нет, знаете, я уж как нибудь, - улыбнулась Уварова и выложила свой мешочек на стол. Пока супруги ловили быстрый приход, капитан соорудила себе две жирных гусеницы. В ход пошла та же самая купюра.

Трое взрослых замолчали, прислушиваясь к своим телам.
- Нда, так вот, - шмыгнув носом Уварова обвела присутствующих взглядом, - я вижу, вы приличные люди. А вот с Людой у нас беда... Вы знаете, что сегодня директор школы застала её...

Милиционера перебила хлопнувшая входная дверь. Через секунду в кухню вошла сама виновница Людочка. Очаровательное создание четырнадцати лет с татуировкой бабочки на лице.

- Здравствуйте, - тихо прошелестела девочка.
Отец стал наливаться малиновым цветом, - Ну-ка поздоровайся как надо, видишь по твою душу человек пришёл, - тихо, но грозно посоветовал мужчина, кивая на Уварову.
- Здорово, бродяги. Чо, бля, не ждали? - послушно сказала Людочка.
- Вот так, - удовлетворённо кивнул отец, а капитан улыбнулась. В это время Маргарита Сергеевна открыла глаза.

- Людмила, - строго сказала женщина, выпуская газы, - ну-ка сама нам расскажи, что произошло в школе!
- Ничего, - прошептала восьмиклассница, - они всё врут...
- Ты, как с матерью разговариваешь?! - снова стал кипятиться людин папа.
- На понт берёшь, начальник, - быстро поправилась Людочка.

Капитан Уварова открыла планшет, откуда на стол плавно выпал календарик с огромным голым негром, пристроившимся сзади к блондинке, отдалённо напоминавшей Маргариту Сергеевну в далёкой молодости. Уварова календарик спокойно убрала обратно в планшет и достала оттуда другой листок, заполненный аккуратным почерком.

- Вот тут ваша директор мне сигнализирует, - Уварова пробежала глазами текст, - вот... сейчас... а... отказалась нюхать кокаин на перемене в туалете. Во время завтрака не выпила с ребятами пива.... вот... аха... обещала бросить курить....
- Что?! - заорал вдруг отец Люды, - да я тебе покажу, как бросать курить, мокрощёлка!!!

Он хотел ударить девочку, но та отшатнулась под защиту капитана Уваровой.

- Спокойно, - прикрикнула милиционер на отца, пышущего праведным гневом, и мягко обратилась к девочке, - это же у тебя в первый раз? Да, Людмила?
- Да, - еле слышно ответила та.
- Ты пойми, - шмыгнула носом Уварова и встала. Ей определённо захотелось походить. Капитан просто не могла усидеть на месте. Она стала мерить кухню шагами. - У тебя такой уважаемый отец... Сколько у вас ходок, Данила Васильевич? Пять?
- Шесть, - скромно зарделся людочкин отец, - и один условно...
- Во как, - подняла Уварова палец, - шесть ходок. А ты... Кто из тебя получится, если ты в четырнадцать лет хочешь бросить курить? И, не дай бог, выпивать.... то что с тобой будет потом? А? Институт? Академия?

Людочка молчала и ковыряла грязный линолиум носком туфельки.

- Посмотри на свою маму, - Уварова отыскала глазами Маргариту Сергеевну и показала не неё пальцем, - посмотри, какая у тебя достойная мама. Она в твоём возрасте, насколько мне известно, уже на трассе работала...
- Точно, работала, - улыбнулась Маргарита Сергеевна и выпустила газы во второй раз, - бывало к полуночи уже и рот не закрывается... а мне тогда и четырнадцати не было...

Данила Васильевич с любовью посмотрел на жену, а Людочка подняла глаза на капитана Уварову.
- А у нас Семёнов в классе не курит, а Сизов так вообще не пьёт, - тихо проговорила она.

Уварова всплеснула руками.
- Это же дети из очень, очень наблагополучных семей. Отрезанные ломти, - с надрывом воскликнула она, - Ты бы ещё Финкельштейна вспомнила. Тот вообще в двенадцать лет в математическую школу попал. У Сизова отец врач, у Семёнова мама математик, а дедушка биолог. Конечно этим ребятам тяжело расти в таких семьях, но мы им поможем... Не бросим...
- Поможем, - тенью отозвалась Маргарита Сергеевна, вытащила откуда-то из под хлебницы зелёную таблетку с оттиском бокала шампанского на ней и кинула в рот, - ой, как мы им сейчас поможем... тынц-тынц-тынц

- Ты, доча, смотри, - отец Людочки, накапал себе под язык из пузырька ещё и закатил глаза, - смотри, смотри, смотри... - затянул он на один мотив.
- Ну что, - капитан Уварова достала уменьшившийся уже в размере мешочек, - давай, по первому разу я не буду давать делу ход, но ты мне обещаешь. Слышишь? О-бе-ща-ешь! Ты больше так себя вести не будешь, - говоря это, капитан быстро располовинила беленькую горку и протянула Людочке свёрнутую в трубочку купюру, - давай, Людмила, покажи мне, что ты всё поняла...

Людочка приблизилась к столу, привычно взяла купюру и в один дух забила снегом обе ноздри.

- Ай, маладец, доча, - вернулся в реальность Данила Васильевич, - я знал, что ты у меня умница.
- Ну, я пошла, - взялась за ручку двери Уварова, - до свидания...
- До свидания, - ответила Людочка.
- Людмила! - взвилась Маргарита Сергеевна, - давай в моём доме без грубостей!
- До свидания, блять! - поправилась Людочка, и капитан милиции Уварова с чувством выполненного долга закрыла за собой дверь.

© LiveWrong

--------------------------------
 (голосов: 2)


История рассказана 20 ноября 2010 года пользователем yarinrai85

Комментариев: 0

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии в данной новости.