Как самолетом вскопать картошку

У меня есть друг Славик. 1964-го года выпуска. То есть, рождения. И заканчивал он в свое время ХВВАУЛ. Для тех, кто не в курсе, то это Харьковское Высшее Военное Авиационное Училище Лётчиков. Выпускался на МиГе-21. За его характерный вид данный девайс среди летунов получил стойкое прозвище «балалайка». Потому что крыло у него треугольного типа.

Осень начала 80-х. Все студенты-курсанты помогают колхозникам убирать урожай. Ну, и этих архаровцев тоже запрягли на уборку. Приехала с утра рота курсантов, выслушала задание председателя колхоза: «Копать отсюда и до ужина» и уныло принялась за вскапывание.

А надо сказать, что одна из полётных зон располагалась как раз неподалёку от поля данного колхоза. И рота курсантов, вместо того, чтобы копать, стояла в мечтательно-тоскливых позах, оперевшись на лопаты с тоской задирая головы, и смотрела как резвится в небе «пара» МиГов-21 (тогда был день полётов). В итоге было принято гениальное решение...

Самолеты так не летают

1942 год, Сталинград. Немцы готовят танковый удар, стремясь отрезать обороняющихся от Волги. Единственный шанс остановить их - разбомбить склады с танковым горючим, найденные разведкой. Следует приказ незамедлительно их уничтожить.

Полковник, командир полка Пе-2, прекрасно понимает, почему этот приказ отдан ему. Он единственный у кого с утра в строю было еще 3 пикировщика. Но Пешки не вернулись с задания. А приказ нужно выполнять. Из способных летать аппаратов имелся только связной По-2 - этажерка обтянутая перкалью, грузоподъемностью килограммов в двести. Но чтобы пробить серьезно укрепленную крышу склада, нужна более солидная бомба.

- Вешайте пятисотку, - командует Полковник, - на замки для топливного бака.
- Не взлетит... Замки не удержат... - слышатся голоса.
- Это приказ, - жестко обрывает Полковник.
- А кто полетит,? - угрюмо интересуется начальник штаба, понимая, что этот летчик уже навряд ли вернется.
- Шлемофон мне и парашют, - обращаясь к адъютанту, говорит Полковник.
- Вам же нельзя, - пытается остановить его адъютант.
- Нет, нах парашют - лишний вес, тащи 200 грамм водки.

Фуражка

Недавно читал подборку анекдотов про прапорщиков. Посмеялся, конечно, от души. И вспомнилась мне история, свидетелем которой я явился, проходя в начале девяностых годов службу в рядах нашей доблестной армии.

Главный герой - прапорщик Князев - занудный и вредный мужичок, бесконечные придирки которого достали всех солдат. В один прекрасный день прапорщик Князев заступил в наряд - помощником дежурного по части. Это была трагедия для всего служивого люда: целые сутки этот дотошный человек бегал по всей территории, выискивая малейшие нарушения, и требовал их немедленного устранения. Утром, незадолго до приезда в часть командира, прапорщик нагрянул в казарму и начал наводить там порядок, гоняя солдат, как вшивого по бане. Было жарко, и свою фуражку Князев бросил на одну из кроватей. Шутников в армии всегда было много. Вот и на этот раз, нашелся один смельчак, который на оставленном без присмотра головном уборе аккуратно отсоединил кокарду и переставил ее сантиметров на десять правее.

Окончив свою инспекцию в казарме, прапорщик побежал встречать командира. Посмотреть на это не терпелось и всем солдатам.

Не спать на посту

В первый год службы, во время учений чёрт попутал найти боевую неразорвавшуюся мину. Лейтенант похвалил за наблюдательность, пообещал внеочередную увольнительную и оставил меня с ещё одним солдатом в чистом поле охранять найденную мину до прибытия сапёров.

Как сейчас любят писать, смеркалось... потом совсем смерклось... потом стемнело... и вот наступила глубокая ночь. Сапёры всё не ехали, оставленная нам рация сдохла, о мобильных телефонах ещё никто не слышал. А спать хочется всё сильнее и сильнее. Понимаем что нельзя, если приедут и засекут что спим на охранении, ещё тех люлей получим... Но организм берёт своё, сказывается день учений - и глаза всё чаще закрываются сами...

И тут в моей голове созрел идеальный план. Мы договорились спать по очереди: один спит, второй смотрит в оба и в случае приближающихся огней разбудит спящего. Как инициатор гениальной идеи, беру себе право спать первым, раскидываюсь прямо на земле, благо лето на дворе и сладко засыпаю, предварительно наказав напарнику разбудить меня через час.

В нашем дурдоме всё может быть

Далёкие 80-е...
История реальна, фамилии изменены.
Стоит в курилке замполит, подполковник Иванов.
Подбегает солдат, с полувыпученными глазами.
- Товарищ подполковник, разрешите обратиться?!
- Ну, обращайся, что там у тебя? - лениво выпуская дым, ласково отвечает замполит.
- Товарищ подполковник, скажите, а не Вы майор Сидоренко? - выпаливает на одном дыхании боец.
Замполит, поперхнувшись дымом, выдаёт крылатую фразу:
- Да хрен его знает, может и я! В нашем дурдоме всё может быть!

Как получают ордена

Преподавал в Казанском артиллерийском училище один подполковник. Подпол как подпол. В Афгане и вообще в горячих точках вроде не был, однако имел орден Красной Звезды. А за что получил - не рассказывал... Но все-таки народ разузнал во время попойки и эта история потом рассказывалась в техническом университете чаще, чем в самом училище...

Этот подполковник в свое время служил военным советником во Вьетнаме. Вьетнамский артиллерийский дивизион стоял на берегу моря, в его задачу входило охрана побережья от высадки американского десанта и обстрел американских кораблей, что постоянно околачивались в прибрежной зоне. Амеры, конечно, знали о дивизионе, и зная о дальнобойности 152 мм гаубиц, старались не попадать в зону досягаемости снарядов.

И вот, 19 ноября, День артиллериста, пьянка... И тут нашему "советнику" пришла в голову мысль - топить американца к чертовой теще.

Компенсация

Дело было в восьмидесятых годах в Армении. У КПП воинской части трется местный житель и требует начальство для того, чтобы ему возместили ущерб, причиненный его автомобилю. Рядом с КПП стоит новенькая шестерка, на крыле у которой небольшая царапина. Местный житель утверждал, что эту царапину сделал какой-то из воинов на шишиге (ГАЗ-66) и размер ущерба соответствует никак не меньше 10 рублей. Машина припаркована по местному обычаю прямо посреди дороги.

В это время недалеко от КПП группа солдат толкала заглохший ЗИЛ-131. Водитель ЗИЛа был уверен, что он сможет завести машину с толкача, но кучка солдат не могла растолкать военный механизм до нужной скорости, но они дотолкали машину до пригорка и пустили ее вниз метрах в 150 от КПП.

То ли водила зажигание не включил, то ли еще какой ритуал забыл воспроизвести, но машина не завелась. Пневматические тормоза у ЗИЛа работают при включенном двигателе и соответственно молодой водитель тщетно пинал кирзой педаль тормоза. Отсутствие тормозов почти полностью отключило разум водилы, тем более к нему стремительно приближался бетонный забор его воинской части. Почему он отключил трансмиссию впоследствии так пояснить и не смог.

Преступление и наказание

Рассказал мне эту историю один майор, когда-то он служил в авиации, еще при СССР.

Дальний Восток. Единственная авиабаза с единственным самолетом-разведчиком. Стареньким, но летающим. Служил в ту пору прапорщик, техник блин... словом - никто его трезвым не видел. До пенсии ему оставалось почти ничего. Что с ним не делали... и премии он не видел годами, и тринадцатую забыл когда в последний раз получал... Пьет.

И вот, как-то раз, ждет авиабаза комиссию из Москвы. Те приехали и говорят:
- Самолет-разведчик летает?
- Летает! - Рапортует командир.
- Пробуем завтра.
Командир, покрытый предсмертной испариной бегает вокруг самолета-разведчика и вопит сквозь зубы:
- Курвы... Бля...

Словом, матом и гаечным ключом все системы привели в порядок. Только заправить осталось. Нужно заметить, что принимая во внимание древность ероплана, датчика топлива на нем не было, а топливометр крутился вручную, как часы механические.

Военный водятел

Ранняя зима. Город Москва. Старший машины - капитан Д. Бодро залез в кабину ГАЗа и бросил взгляд на раскосого гитлер-зольдатена.
- Сколько служишь? - нахмурившись, буркнул капитан.
- Пошти дува хода, таварыщ капитана!

Капитан заулыбался. Два года службы, проведённые в зверинце этой обезьяной за рулём, обещали старшему машины несколько минут сладкого сна. Доподготовка пройдена... опыт имеется... за два-то года...
- Ездить-то хоть, долб..., умеешь? - беззлобно с улыбкой осведомился капитан, передёрнув озябшими плечами.
Абориген уверенно тряхнул головой.
- Так точнома, умэю!
- Ну, поехали!

Всю дорогу меньшой брат уточнял, куда и когда поворачивать, чем заслужил ещё большее уважение со стороны старшего машины.
- Таварыща капитан, направ? Налев?
Получив утвердительный ответ, абориген, закусив удила, старательно вращал руль "газика".

Бедуин Вова

В батальоне связи служил офицер, фамилию которого помнили только кадровики, да его несчастная жена. Все же прочие звали его "Бедуин Вова". Бедуин - от слова "беда". Вова обладал уникальным и мистическим талантом нарываться на неприятности. Список его залетов был столь разнообразен и обширен, что командование его просто боялось, сослуживцы от него шарахались, а солдаты тихо ненавидели, хотя Вова искренне старался "тащить службу как положено".

Случай, о котором я собираюсь рассказать, был, так сказать, венцом бедуиновой карьеры.

В тот раз Вова заступил дежурным по части с субботы на воскресенье. Сначала все шло гладко: Бедуин тщательно проверил личный состав, караулы, проехал по объектам и под утро устроился в дежурке. Чтобы не заснуть, Вова взялся конспектировать очередной бредовый опус, напечатанный в "Коммунисте Вооруженных Сил".

В 4.30 утра, когда спать хотелось уже невыносимо, на пульте вспыхнуло красное табло. Тревога! От неожиданности Вова уронил кладезь военно-политической мысли: учебных тревог в ночь с субботы на воскресенье никогда не объявляли. Значит - война!!! Вот он - долгожданный шанс реабилитироваться!
Назад 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ... 25 Вперед